Не герои нашего времени. "Не зяблик" Анны Наринской.

Анна Наринская. Не зяблик. М.: АСТ, Corpus, 2016.

«Я не зяблик» - так отвечал Лев Толстой, когда его упрекали в непоследовательности суждений. Журналист и литературный обозреватель издательского дома «Коммерсантъ» Анна Наринская в своей книге предлагает читателю взглянуть в прошлое и сравнить его с настоящим через призму своих заметок, рецензий и интервью, последних пяти лет. А заодно пытается понять, изменилось ли ее собственное мнение с течением времени, или нет. «Не зяблик» - не учебник и не памфлет. Это, скорее, рассказ о жизни культуры в бытовой среде человека и государства. И о том, как эта культура меняет людей и их взгляды, политические и не очень. 

Разброс тем, собранных в восемь глав книги едва ли поразит тех, кто знаком с ее автором. Начиная заметкой о письме Надежды Толоконниковой из мордовской колонии, Наринская легко переходит к биографии Андрея Вознесенского,  документальным фильмам о 90-х, и попутно комментирует, как менялись ее взгляды на описываемые события и явления. В процессе чтения периодически возникает ощущение, что ты сидишь на кухне и участвуешь в московском интеллектуальном междусобойчике. Анна «пинает» Дмитрия Быкова за то, что он согласился с имперскими высказываниями Бондаренко о Бродском, хвалит Виктора Голышева за его перевод «Бродского среди нас» и пере-перевод Оруэлловского «1984»; недвусмысленно дает понять, что проза Прилепина и «Известия» - это совершенной другой, чуждый ей лагерь. 

Читаешь всё это, и злишься. Ну вот, опять, она надела на себя кольчугу воинствующего либерала с Мясницкой улицы и клеймит российскую власть (а над головой ее сияет нимб нравственности). Но где-то на середине книги обнаруживаешь, что и борец за демократические идеалы может грешить чтением личной переписки дочери в социальных сетях, а бывшие мужья имеют обыкновение говорить глупости, сидя с Бродским за одним столом. Оказывается, ты испытываешь схожие чувства при рецензировании великой книги (не достоит ты писать о Платонове своими корявыми плеоназмами); и тебе тоже впрыснули вещество, обостряющее восприятие, только после чтения «Подстрочника» и «ГУЛАГа». И как-то легче становится, отпускает это стремление навесить на человека ярлык (или белую ленту на лацкан пиджака, кому как удобнее).

Рассказывая, через события последних 20-ти лет, свою личную историю, Анна Наринская задается вопросами о том, как выглядит настоящий либерал, и в чем главное предназначение «культурного» журналиста. Первичной функцией последнего она называет рекомендательную. Никому не интересны рассуждения в духе Энтони Бёрджесса, пишет автор, о том, что смертная казнь – это еще большее преступление, чем то, которое совершил осужденный убийца. Никого не волнует культура, занимающаяся препарированием государственного насилия. И, если забыть всё, что мы знаем о Наринской и то, что происходит вокруг нас, «Не зяблик» можно воспринимать, как список рекомендаций: что читать, что смотреть и что слушать. Причем, отличный список.

"Родная речь" и Набоков. Две книги о литературе (и не только).

Петр Вайль, Александр Генис. Родная речь. Уроки изящной словесности. М.: АСТ, Corpus, 2016.

Фотография дорогого Александра Сергеевича на обложке выглядит аллюзией на школьный учебник литературы. По задумке авторов, писателей и журналистов Петра Вайля и Александра Гениса, «Родная речь» - это и есть тот самый учебник, только интересный и не страшный. Много можно вычитать на просторах фейсбука о том, сколько невинных детских душ искалечил, к примеру, «Тарас Бульба». В моей душе Гоголь тоже оставил шрам после заучивания отрывка про степь. Знаменитые советские писатели-эмигранты с радостью выступили в роли психотерапевтов, и рассказали читателям о том, что «Горе от ума», к примеру  - это весело и про сегодня (даже не смотря на то, что книга была написана в 1989 году в США).

Идея авторов состоит в том, что критик - это талантливый читатель. То есть, говорить и писать о литературе может любой, кто умеет и любить читать. Правда, прежде чем рассуждать о новой книге Прилепина, хорошо бы ознакомится с «первоисточником». Таковыми вехами авторы «Родной речи» считают восемнадцать классиков русской литературы (на каждого по главе), двое из которых – сами литературные критики: Белинский и Добролюбов. Некоторым из них полагается добавка в виде школьного параграфа, что недвусмысленно указывает на предпочтения самих Вайля и Гениса: Пушкин, Лермонтов, Гоголь и Чехов разбираются не только в общем контексте своего творчества, но и на примере наиболее известного произведения.

Я очень жалею, что мне эта книга не попалась классе, так, в 9-ом: точно бы списывала с нее изложения. От рождения сентиментализма после выхода «Бедной Лизы» Карамзина, через псевдо-революционера Радищева и басни Крылова, через золотой век литературы, и далее – к непонятному Чернышевскому с его риторическим вопросом, и последнему русскому классику – Чехову, авторы ведут читателя по родным (но многими забытым) просторам отечественной литературы. «Родная речь» - это такая Алленовская «Полночь в Париже» для русских, где главный герой вызывает у зрителей черную зависть, когда его книгу рецензирует Гертруда Стайн, а Хемингуэй и Фицджеральд чокаются бокалом вина. Здесь же, читая двух советских эмигрантов, друзей Сергея Довлатова и знакомых Иосифа Бродского, мы так же можем спорить с писателями об их предпочтениях, рьяно защищать свои любимые произведения и просто вспоминать школьную программу (многие ли из нас помнят главную идею «Недоросли» Фонвизина?) Я, к примеру, долго не могла успокоиться после того как прочла совершенно невозможное сравнение «Грозы» Островского с «Госпожой Бовари». Зато освежила в памяти обеих.

В «Родной речи» авторы не стремятся затмить Неистового Виссариона, или злорадно указать на халатную недосказанность Достоевского . Они лишь предлагают относиться к немного запылившейся в сознании читателей школьной классике, как к литературе крайне увлекательной и интересной. И, в отличие от упомянутого выше Владимира Набокова (которого Вайль и Генис ласкового называют «эстет-экстремист»), не утверждают своего мнения единственно правильным и возможным. Александр Генис, кстати, сумел избежать подобного субъективизма дважды: второй раз – в своей книге «Уроки чтения. Камасутра книжника», вышедшей в редакции Елены Шубиной несколько лет назад.

«Родная речь» - это, скорее, не уроки изящной словесности, а краткий курс счастливой литературной жизни, приправленной качественным анализом текстов и интересными фактами из жизни классиков. Подобного рода книги лучше любой пропаганды справляются с повышением интереса к чтению в стране, где жгут труды Мераба Мамардашвили, и выламывают двери на выставку Валентина Серова.

Владимир Набоков. Лекции по русской литературе. М.: Азбука-Аттикус, 2014.

Владимир Набоков не просто эмигрировал из России, но и считал и называл себя американским писателем. В 1940-1950-е годы он читал лекции для студентов колледжа Уэлсли и Корнеллского университета США, посвященные русской и зарубежной литературе. Данный сборник был собран уже после его смерти американским библиографом и редактором Фрэдсоном Бауэрсом, который проделал масштабную работу, чтобы соединить воедино огромное количество материалов, оставленных величайшим интеллектуалом XX века. Бауэрс часто указывает в сносках зачеркнутые Набоковым фрагменты лекций, что точно разозлило бы педантичного Набокова, но точнее всего остального рисует его отношение к анализируемым писателям. Тем не менее, эти лекции выглядят вполне цельно, и позволяют увидеть способность Набокова подняться на уровень мастерства, которого достигали анализируемые им писатели.

Чтобы понять, насколько сложно интерпретировать Владимира Набокова, достаточно открыть изданную в 2009 году книгу «Лаура и ее оригинал», где приводится неструктурированный поток мыслей, понять который смог бы только сам автор. Еще сложнее Набокова переводить. В тексте лекций чуть ли не основным лейтмотивом идет непрекращающаяся критика переводов на английский язык. Он настаивает на том, что произведения русских классиков – феномен языка, а не идей. Издание «Азбуки» переведено замечательным переводчиками Виктором Голышевым, Григорием Дашевским и другими, что дает основание надеяться на благосклонность Набокова, (в тексте периодически приводятся фотокопии оригиналов лекций писателя на английском языке).

Владимир Набоков взял для анализа шесть классиков русской литературы (Гоголь, Тургенев, Достоевский, Толстой, Чехов и Горький) и создал настоящую энциклопедию, которая поражает количеством фактов и уточнений, глубиной анализа и той скрупулезностью, с которой автор стремился донести до американских студентов свое видение родной прозы (что не мешало ему периодически вставлять реплики о их полной неспособности понять хоть что-то из того, что он говорит). Автор «Лолиты» и «Дара», «Приглашения на казнь» и «Защиты Лужина» явно испытывал наслаждение, разбирая произведения Гоголя и Толстого, снисходительно «трепал» по плечу Тургенева (мол, да, конечно, - цветочки, оборочки), и просто негодовал от Достоевского (его «Христа в каждом углу» и детективных промахов). Впрочем, читать лекции Набокова о Толстом – такое же удовольствие, как читать самого Льва Николаевича.

Существенная разница между тандемом Вайль-Генис и Набоковым состоит в том, что для первых двоих критик представляется лишь вдумчивым читателем, в то время как для второго он – художник слова. И на примере набоковских лекций мы видим, как могли бы выглядеть уроки той самой изящной словесности. Владимир Владимирович составлял подробные схемы маршрута Базарова и Аркадия в «Отцах и детях» Тургенева, делал карандашные наброски костюмов Кити в «Анне Карениной». Из всей книги видно, что больше всего Набоков восхищался Толстым. На примере разбора «Анны Карениной» рассказывается жизнь того времени: откуда в Россию ввозили устрицы, как одевались женщины на каток, какой был курс рубля по отношению к доллару (тринадцать рублей равнялись десяти долларам, господа!). При этом подробный пересказ и постоянное цитирование романа как бы говорит: здесь всё идеально, зачем что-то комментировать?

Конечно, с Набоковым можно не соглашаться во многом. К примеру, я, невзлюбив Флобера и его «Госпожу Бовари», с негодованием читала Набокова, который постоянно сравнивал ее с Карениной. Но если Вайль и Генис совпали с моим ощущением лишь наполовину (возможно, потому что я напрочь забыла и Карамзина, и Чернышевского), то Набоков попал в точку любовью к Толстому и Чехову, но вызвал недоумение своим снисхождением и критикой Тургенева, которого я страстно полюбила прошлым летом.

Если же есть желание понять, кого на самом деле Набоков считал великим русским писателем, то здесь достаточно будет привести следующую цитату из книги: «Оставляя в стороне его [Толстого] предшественников Пушкина и Лермонтова, всех великих русских писателей можно выстроить в такой последовательности: первый – Толстой, второй – Гоголь, третий – Чехов, четвертый – Тургенев. Читая Тургенева, вы знаете, что это – Тургенев. Толстого вы читаете потому, что просто не можете остановиться. Достоевский и Салтыков-Щедрин (последнего автор даже не посчитал нужным упомянуть в лекциях) со своими низкими оценками не получили бы у меня похвальных листов». О Горьком же Набоков говорит не столько в контексте его литературного наследия, сколько о том, как много испытаний и боли выпало на долю этого малообразованного и несуразного писателя.

"Здравствуй, Ёлка!". Зимние книги для детского чтения.

На сегодняшний день относительно молодой российский рынок детской литературы с лихвой превзошел своего взрослого собрата по числу издательств. И в связи с настоящим бумом детских развивающих программ, такое предложение оправдывает спрос. В разные периоды времени среди родителей наблюдалось повышение интереса то к советской классике, то к скандинавским авторам (до сих пор крайне популярным). И вовремя поймавшие нужную волну издательства встали на бетонный постамент популярности, сдвинуть который (прежде всего, в сознании читателя) крайне трудно. Меж тем, детская литература регулярно преображается новыми прекрасными писателями, поэтами и иллюстраторами. Наиболее осведомленные родители давно штурмуют книжные ярмарки и выставки в поисках чего-нибудь эдакого, всем остальным посвящается данный обзор детских книг о зиме и самых волшебных праздниках – Новый Год и Рождество.

    Книжка про снежинки. Ольга Дворнякова. М.: Настя и Никита, 2015.

«Книжка про снежинки» вошла в топ-лист выставки интеллектуальной литературы «Non/fiction – 2015», чем привлекла внимание многих московских родителей, находящихся в постоянном поиске качественной литературы для детей. Ее автор Ольга Дворнякова не только пишет книги, но и принимает деятельное участие в жизни магазина «Я люблю читать» на Покровке. Ассортимент «Насти и Никиты» рассчитан на читательскую аудиторию от 0 до 12 лет, а удобный формат мягких книг небольшого объема позволяет детям читать самим, с легкостью и интересом.

«Книжка про снежинки» рассчитана на детей от 2-х лет (для чтения взрослыми), а также на дошкольный и младший школьный возраст. Подобная универсальность обеспечивается простотой языка, которым написана книга, увлекательностью повествования и замечательными иллюстрациями Ольги Громовой. Я сама узнала о снеге то, о чем прежде не догадывалась (ну или давно забыла школьный курс биологии). Откуда берется снег; почему не бывает снежинок с нечетным количеством углов; как строят иглу – отвечая на эти и многие другие вопросы, автор практически создала настоящую энциклопедию снега (которая спасет тех родителей, чьи дети вошли в возраст бесконечных «почему?»). По мотивам книги можно организовывать настоящие путешествия с детьми. Вы узнаете, что самые красивые и большие снежинки можно найти в лесу, в безветренную погоду и ближе к водоему. К вопросу о размерах: самые большие снежинки выпадали в Москве в 1944 году, и были величиной с блюдце. Иллюстрированная инструкция расскажет, как сделать искусственный снег своими руками, а путеводитель по самым интересным строениям из снега (ледяной отель в Швеции, финский снежный замок, и сказочный городок  из снега и льда в Мурманской области) поможет спланировать новогодние каникулы.

Книги, подобные «Книжке о снежинках» помогают развить в детях любознательность, учат быть внимательными, и с трепетом относиться к окружающей их природе. А такая непредсказуемая и, порой неприятная, зима в России станет не менее любимым временем года, чем теплое и солнечное лето.

 Рождественская каша. Свен Нурдквист. М.: Белая Ворона/Albus Corvus, 2015.

Издательство "Белая Ворона" стоит отнести к числу тех, кто ежегодно дарит детям и их родителям тихую радость предновогоднего чтения. Благодаря ошеломительному успеху книг про Петсона и Финдуса, в 2015 году российские читатели смогли познакомиться с замечательной сказкой "Рождественская каша", сочиненной классиком скандинавской литературы для детей — Свеном Нурдквистом. Бывший архитектор и иллюстратор крупной рекламной компании, Нурдквист в 1986 году написал и сам проиллюстрировал, полный юмора и душевной теплоты, рассказ о семье гнома, ожидающей подарка в Сочельник.

Каждый год, в ночь накануне Рождества, хозяева усадьбы преподносят гному—отцу тарелку вкусной ароматной каши, чтобы тот весь следующий год помогал им в хозяйстве и не проказничал. Читая сказку Нурдквиста, дети знакомятся с семейными традициями Швеции, где гном заменяет русского домового, или татарского бичуру. Однако в этот раз люди забыли про ежегодное подношение, решив угостить им Рождественского Гнома (шведского аналога Деда Мороза). Пожалев бедных хозяев, мама—гномиха, наперед знающая все самое важное (как и все мы — женщины), решается украсть тарелку с кашей прямо с праздничного стола. А помогут ей в этом старшие дочка и сын — Полька и Пулька.

Великолепные иллюстрации заслуживают отдельной похвалы. Меня давно преследует мысль, что всем скандинавским художникам не дает покоя слава Питера Брейгеля — настолько многосюжетны и подробны их иллюстрации. Вместе с тем, Свен Нурдквист создает удивительный сказочный мир, наполненный теплотой и уютом (в отличие от породившего своих "адского" и "райского" сыновей Брейгеля—отца).

Шведскую литературу для детей отличает честность, с которой автор рассказывает о жизни. И Нурдквист — не исключение: в "Рождественской каше" мама—гномиха демонстрирует справедливость выражения "ложь во спасение", обманным путем принося своему мужу радость и успокоение. Дедушка гном не стесняется язвительных выражений в адрес людей и их наивности при встрече с гномом Рождественским. Все это, на мой вгляд, выполняет очень важную воспитательную функцию, так как показывает мир вокруг ребенка реальным, а не в розовом цвете. И если вы — один из тех родителей, которые с рождения говорят своим детям правду, и вообще, общаетесь с ними, как со взрослыми личностями, то книги  Свена Нурдквиста займут почетное место в вашей семейной библиотеке.

Перевод Ксении Коваленко продолжает дело советской переводчицы Лилианны Лунгиной, подарившей всем детям нашей страны Карлсона, Пеппи Длинный Чулок и других персонажей скандинавской литературы.

          Красная книга зимы. Софи Кушарьер, Эрве Ле Гофф. М.: Карьера-Пресс, 2014.

Французская система образования очень много внимания уделяет детско-родительским отношениям. Огромное значение придается не только материальному обеспечению, но и эмоциональной сфере взаимодействия, ведь детство – самый нежный возраст, когда закладываются основы будущей большой личности. Иллюстратор Эрве Ле Гофф в соавторстве с французской писательницей и журналистом Софи Кушарьер создали серию книг о временах года, одна из которых – «Красная книга зимы». Читая ее, понимаешь, что же такое со своими детьми вытворяют французы, что они потом и «едой не плюются», и вырастают умными и воспитанными.

В городе зима. Маленький мальчик просыпается в заснеженном городе, чтобы отправиться вместе с мамой на учебу. По дороге он узнает, в чем разница между календарной и астрономической зимой, как получается снег, почему одни деревья стоят совершенно голые, а другим всё нипочем, и о многом другом. 

Каждая страница книги пропитана нежностью и, не смотря на холодное время года, теплом: не только благодаря замечательным иллюстрациям, но и тому, как описываются отношения между героями повествования. Учительница с интересом рассказывает детям, как вода превращается в лёд, повар готовит пряный суп с луком-пореем, чтобы ученики не заболели (здесь даже можно найти рецепт вкусного салата из апельсинов). 

Когда конкурс снеговиков прошел, и на улице стемнело, вся семья собирается за столом, чтобы поужинать и обсудить страны, в которых лето и зима поменялись местами. К каждому факту есть краткая научная сводка, в которой понятным языком рассказываются о природе вещей на нашей планете. Если ребенок задает вопросы, на которые не каждый взрослый знает ответы – «Красная книга зимы» Вам в помощь. Ведь не всегда удается быстро сообразить, как работает градусник, и откуда берется тень.

                  Рождество Кракса. Юя и Томас Висландер, Свен Нурдквист. М.: Белая Ворона/Albus Corvus, 2015.

Шведские писатели Юя и Томас Висландер, в соавторстве с лауреатом премии Астрид Линдгрен - Свеном Нурдквистом (который также выступил в роли иллюстратора), создали серию рассказов об очаровательной корове - Маме Му, и ее верном друге – вороне Краксе. В конце прошлого года издательство «Белая Ворона» выпустило книгу «Рождество Кракса», в которой самая харизматичная корова Швеции помогает своему сварливому пернатому другу стать счастливее. Хозяева давно купили подарки близким, Мама Му усердно пытается взбить для них молоко в сливки, прыгая в стойле. И только Кракс упаковывает многочисленные подарки… себе, любимому. 

Удивительно добрая сказка, в которой очаровательная корова помогает угрюмому ворону стать немного счастливее в канун Рождества, как и большинство европейских произведений для детей, учит их быть внимательными к окружающим (не прибегая при этом к нравоучениям, в стиле поэзии Маяковского). Считая себя адептами идеи толерантности, европейцы (в данном случае – шведы) стремятся развить в ребенке эмпатию с самого раннего возраста. Не каждый из нас любит дарить подарки больше, чем их получать. Что уж говорить о воронах? Преподнеся Краксу волшебный подарок, Маму Му не только помогла другу стать счастливее, но и обрела счастье сама. 

«Рождество Кракса» придется по душе каждому, кто стремится научить своих детей созерцанию прекрасного. Наслаждаясь красотой зимнего леса, созданного Свеном Нурдквистом, и ребенок, и его родители приблизят ощущение праздника, подарив друг другу радость совместного чтения.

В продолжение темы зимы, «Белая Ворона» выпустили еще одну книгу из серии Висландеров – «Мама Му и снегокат», в которой веселая корова не только найдет массу развлечений, но и научится по-настоящему любить снег и прекрасную зимнюю природу.

5    Зимняя книга. Ротраут Сузанна Бернер. М.: Самокат, 2015.

Издательство «Самокат» первым взялось выпускать современных скандинавских авторов. Детские произведения шведов, финнов и датчан, лишенные менторского тона и поучительных историй на каждой странице, долгое время уступали место в сознании родителей советской классике, открыто выступающей за всё хорошее, против всего плохого. Однако тренд на осознанное родительство, пришедший в Россию с началом 2000-х годов, обратил взор читателей на мало знакомый, но крайне привлекательный мир иностранной литературы для детей. Отдельно стоящим в ней особняком красуется серия «Городок», немецкой художницы и иллюстратора Ротраут Сузанны Бернер. В этом обзоре я расскажу о «Зимней книге» серии, переизданной «Самокатом» в этом году.

Сюжет, как и в трех других изданиях, начинается с дома, в котором живут три семьи. Кто-то из соседей уже спешит наслаждаться морозным зимним воздухом, а кто-то только встал с постели и усердно взбивает подушку. По улицам ездит автобус с обитателями городка, прекрасная Зои вынуждена чинить машину в автосервисе, а кошка Моника привычно гуляет сама по себе. Постепенно страницы книги покрываются белоснежным покровом, улицы города наполняются предпраздничной суетой, и суета вечно спешащих горожан усиливается. И вот уже наряжены ёлки, а Дед Мороз паркует свой мотоцикл у магазина игрушек.

Каждая страница «Зимней книги» - это тысячи сюжетов, которые ребенок вместе с родителями может создавать и развивать в своем воображении. Неуловимая динамика, которую художнику удалось перенести на бумагу, создает ощущение полной вовлеченности в жизни почтальона, библиотекаря и уличного музыканта. Совсем юным читателям Ротраут Сузанна Бернер дарит радость узнавания нового и знакомства с окружающих их миром, при полном отсутствии текста. Для детей постарше эта книга станет прекрасным тренажером воображения. И каждый из них сможет провести удивительно приятное время, разглядывая иллюстрации, с явной аллюзией на картины всё того же Брейгеля-отца.

Книги Бернер – наглядный пример того, как, потесненные текстом к концу ХХ века книжные иллюстрации, обрели новую, удивительно захватывающую жизнь. Ротраут Сузанна Бернер – одна из самых заметных художниц и иллюстраторов Европы последних десятилетий, лауреат множества детских литературных премий. В России серия «Городок» одобрена многими логопедами, как отличное пособие по развитию речи и мышления ребенка. Европейские дети многие годы занимаются с родителями по подобного рода виммельбухам (в буквальном переводе с немецкого языка Wimmelbuch – «кищащая книга», «живая книга»). Вслед за «Самокатом» многие российские издательства выпустили книжки для разглядывания с различной тематикой. Однако серия про Городок заслуженно стоит на пьедестале первооткрывателя этого жанра для российских детей и их родителей.

          Как поймать Санту. Джин Рейган. М.: Карьера-Пресс, 2016.

Издательство «Карьера-Пресс» относится к числу тех профессионалов, которым удается находить и выпускать не только прекрасную художественную литературу для любого возраста, но и качественную литературу non/fiction. И если с нехудожественными произведениями в современной читающей России дела обстоят неплохо, то с ее младшим братом дела обстоят плачевнее. По сути, всю тяжесть ответственности перед юной аудиторией несут на своих плечах лишь несколько издательств, одним из которых по праву может считаться «Карьера-Пресс». В канун Нового 2016 Года вышла книга американской писательницы Джин Рейган «Как поймать Санту», с иллюстрациями известного художника Ли Уайлдиша. Это тот самый пример детской литературы, когда художественное оформление играет не то что не второстепенную, а, скорее, главенствующую роль. Как и многие другие иллюстраторы, устав от суеты мира взрослой периодики и рекламы, Уайлдиш сначала занялся выпуском поздравительных открыток, а затем начал работать над детскими книгами. 

Яркие, с узнаваемым почерком автора, иллюстрации способны создать праздничное настроение даже в такую дождливую и серую зиму, какой приходится довольствоваться этим декабрем. «Как поймать Санту» - это руководство для детей, читая которое можно узнать, чем кормить оленей, о чем спросить и что подарить родственнику Деда Мороза, когда он, все таки, попадется в расставленные ловушки, и многое другое. Если все ваши ухищрения так и не увенчаются успехом – не расстраивайтесь, Рождество обязательно наступит в следующем году.

Подобного рода книги способны не только поднять настроение, или на время забыть о предпраздничной суете и спокойно почитать с ребенком. Они помогают формировать в сознании детей неразрывную связь между праздником и его атрибутами, традициями. В дореволюционной России проводилось множество мероприятий (Новогодний бал, Рождественские ужины и приемы), которые позволяли малышам прикоснуться к волшебству. В наше время всё это несколько оттеснилось нашествиями на торговые центры и просмотром телевизора. И поэтому крайне важно, на мой взгляд, показывать детям мир под несколько другим углом – менее практичным, но более созерцающим. 

«Как поймать Санту» - книга-развлечение, книга-затея, книга-радость. Войдя в список бестселлеров 2015 года по версии New York Times, книга Джин Рейган в соавторстве с Ли Уайлдишом стала достойным продолжением других книг авторов («Как посидеть с дедушкой», «Как удивить папу», «Как сидеть с бабушкой»), также не однократно отмеченных авторитетным американским изданием.

        Зимние каникулы. Стив Кларксон. М.: Clever, 2015.

Наверное, каждый второй (если не первый) российский ребенок хоть раз в жизни держал в руках книгу издательства Clever. И дело вовсе не в разнообразии ассортимента (начиная с категории «Big and Beautiful Books», и заканчивая литературой – young adult). Просто у Clever’а в штате явно есть маркетолог, который постоянно держит «нос по ветру». Иначе, чем еще объяснить стопроцентное попадание в спрос «Живой книги» Эрве Тюлле (в которой не, что текста – картинок, в традиционном смысле слова, нет), которую и я, и моя дочь любим трепетно и нежно.

В канун Нового Года вышла книга Стива Кларксона «Зимние каникулы», снова попавшая в точку: книжки с многоразовыми наклейками сметаются в книжных магазинах мгновенно. Однако здесь мы, скорее, имеем дело с альбомом для детского творчества. Сюжет строится вокруг подготовки к Рождеству, но не детей и их родителей, а Санты Клауса и его помощников. Нужно собрать и разложить подарки в правильные коробки, украсить ёлку, покормить пингвинов и песцов (живущих на полярной ферме миссис Клаус), посетить ежегодный бал снеговиков, и многое другое. 

«Зимние каникулы» знакомит читателей с традициями европейского Рождества: здесь есть и ответ на вопрос «Почему у оленёнка Рудольфа красный нос?», и наклейки с изображением «полена» - традиционного рождественского десерта, обожаемого французами. Вместе с родителями дети могут украсить дома игрушками и гирляндами, надеть на оленей ошейники с колокольчиками, наклеить следы Санта-Клауса на заснеженных крышах, и почувствовать себя его настоящими помощниками. 

Альбом Стива Кларксона можно открыть за несколько недель до Рождества и Нового Года, чтобы дети сами смогли заняться предпраздничной подготовкой у вас дома. Мне представляется чрезвычайно важным прививать ребенку интерес к самому процессу, чтобы у него формировалось правильное отношение и к подаркам, и к труду, которое затрачивается на их подготовку. Более того, все каникулы рано или поздно заканчиваются, и даже Санта наводит порядок на Северном полюсе. Нужно убрать сани до следующей зимы, накормить и уложить спать оленей, помочь миссис Клаус навести порядок в доме, и, конечно, собрать чемоданы. Ведь все любят проводить отпуск на море.

8      Рассказы про Франца и Рождество. Кристине Нёстлингер. М.: КомпасГид, 2015.

      Издательство «КомпасГид» трудно не любить. Их книги с завидной регулярностью становятся лауреатами конкурсов и премий в сфере литературного детского творчества. «КомпасГид» славится своей подборкой художественной литературы для детей от ноля до шестнадцати лет, и в каждой возрастной категории можно найти массу интересного. В этом году были выпущены сразу несколько книг о Рождестве и Новом Годе, одной из которых стало продолжение серии рассказов про маленького мальчика Франца, его семью и друзей.

«Рассказы про Франца и Рождество» - восьмая книга классика австрийской литературы для детей Кристине Нёстлингер, безумно популярной у себя на родине и во многих странах мира. Обладатель почетных наград (таких премий, как премия имени Х. К, Андерсона, и премия памяти Астрид Лингдгер), Нёстлингер полюбилась и российским детям, благодаря историям про мальчика по имени Франц. В этот раз он попадает в предновогоднюю круговерть событий, пытаясь выбрать подходящих подарок для своей лучшей подруги Габи, и не обделить самого себя долгожданной парусной лодкой. 

Отличительной особенностью произведений европейских авторов является то, что они предельно честно и откровенно говорят со своими юными читателями о важном: о человеческом общении, о быте и подготовке к праздникам. Бабушки главных героев счастливо живут в домах престарелых и дают внукам деньги на карманные расходы; родители дарят детям совсем не то, чего бы им хотелось и так далее. Больше всего в книге Кристине Нёстлингер радуют две вещи. Во-первых, это отношения с взрослыми. Родители не исполняют любую прихоть Франца, а дают деньги, чтобы он мог копить их и тратить на свои нужды. Он с раннего детства учится бытовым отношениям, понимая, что любые материальные блага не падают с неба безвозмездными подарками. Поскольку «Рассказы про Франца и Рождество» - это книга для тех, кто только начинает читать, она может стать отличным помощником для родителей в нелегком воспитательном процессе. Без штампованных истин и нравоучений, ребенок усваивает модели отношений в семье и за ее пределами, через чтение входя в социум.

 Второй приятный бонус – отношение к празднику и подаркам. Каждый из нас периодически встречает избалованных детей, требующих от родителей все больше и больше игрушек. И, не смотря на то, что все мы знаем про вред чрезмерного потребления в любом возрасте, трудно удержаться от очередного робота или куклы. Нёстлингер дает детям понять, что любой подарок может быть приятен и полезен, если его даришь от чистого сердца. И всё это написано таким простым и понятным языком, что ощущения от чтения остаются самые приятные.

«Рассказы про Франца и Рождество» - отличный подарок юным читателям, которые легко смогут увидеть себя в заботливом восьмилетнем мальчике, и вместе с ним радоваться и переживать все события предпраздничной суеты.

9           Про жирафа Федю. Наталья Нусинова. М.: КомпасГид, 2014.

В последние годы зарубежная литература для детей приобретает всё большую популярность, заслоняя собой российских писателей на книжных полках. Чаще всего приходится довольствоваться переизданиями советской классики, изученной вдоль и поперёк. Тем ценнее становится каждая книга, написанная отечественным автором, но иногда количество превосходит качество. В случае с Натальей Нусиновой ситуация ровно противоположная. Книга «Про жирафа Федю» - всё лишь четвертая в ее библиографии для детей, и причиной тему – профессиональная деятельность. Дочь известного сценариста Ильи Нусинова, Наталья посвятила себя киноискусству, написала не одну сотню статей по истории русского и французского кино и русского кино в эмиграции. Будучи известным киноведом и доктором искусствоведения, она написала несколько замечательных повестей и рассказов, одной из которых стала история «Про жирафа Федю».

Открывая книгу, Вы будто попадаете в царскую Россию: балы в хореографическом училище, церемониальное и подчеркнуто вежливое отношение взрослых друг к другу, - всё это создает поразительный эффект присутствия в удивительное время. В семье, где все ее члены носят редкие имена (Элеонора, Максимилиан, Глаша, Камилла), под самый Новый Год происходит чудо: купленный дедушкой гусь, растаяв, оказывается маленьким жирафом. Отойдя от шока, все члены семьи принимают его как домашнего питомца, и даже дают вполне обыденное имя – Федя. Укутав потеплее, они выводят нового друга гулять, обустраивают спальное место в детской и даже лечат от внезапно вспыхнувшей болезни. Всё как у самой обычной собаки или кошки, живущих в каждом доме. Дальше сюжет развивается в лучших традициях «Собачьего сердца» Булгакова: злая техник-смотритель со звучной фамилией Капитонова, в окружении дворников заявляется в квартиру, где теперь живет Федя, и, со словами «Мы, конечно, университетов не кончали…», начинают требовать выдать не законно проживающего жирафа. 

К счастью, история очаровательного Феди заканчивается благополучно, и хочется перечитывать ее снова и снова. Наталье Нусиновой удалось написать настоящий приключенческий роман для детей, в котором есть место и милосердию, и творчеству, и большой любви ко всему миру. «Про жирафа Федю» - книга, созданная в лучших традиция русских классиков, к которым с легкостью можно причислить  и ее автора.

1           На снегу и под снегом. Кейт Месснер. М.: Карьера-Пресс, 2016.

Выбирая книгу для своего ребенка, наверное, каждый родитель ищет что-то одновременно познавательное, и, так скажем, греющее душу. Зимой особенно хочется укрыться дома от снега и холодного ветра, читая и разговаривая со своими детьми. Книга «Не снегу и под снегом» лауреата многочисленных литературных премий (в числе которых – премия издания The New York Times) Кейт Месснер – идеально подходит для всего выше перечисленного. 

Девочка вместе с папой отправляется на лыжную прогулку по лесу. Там она знакомится с пушистой белкой, проворной землеройкой, лягушками и бурундуками. Все они живут в настоящем потайном королевстве, укрытом пухлыми сугробами. Перед глазами маленьких читателей предстает дивный и, к сожалению, абсолютно неизвестный для современных детей (живущих в городе) мир зимнего леса. Каждая страница буквально дышит единением с природой. 

В конце рассказа автор использует прием отождествления девочки с животными: вечером все стремятся к ужину (кто по снегу на лыжах, а кто – в своей берлоге или подземном лазе), а после укладываются спать в мягкую постель. При этом автор показывает, насколько хрупок невидимый нам мир, скрытый под снежным покровом.

«На снегу и под снегом» - не только приятное чтение, но и настоящий путеводитель по зимнему лесу. Отправляйтесь вместе с детьми на прогулку в лесопарк недалеко от дома, и вас ждет много удивительных открытий, который любезно предоставит природа. В конце книги есть краткая научная справка и перечень всех обитателей зимнего леса – от белохвостого оленя до шмелиной королевы.